"Незабвенная"

13 января 2020 - Esprit de L’Escalier

 

Попытка рецензии.

 

Прекрасная повесть Ивлина Во, которую перечитывал многократно.

Лучшее из его произведений, по крайней мере, прочитанных мной.

The loved one” by Evelyn Waugh в талантливом переводе Б.Носика.

У меня есть два перевода, один «книжный», другой «журнальный».

«Журнальный» был первым и намного лучшим «книжного».

Старый, пожелтевший от времени, экземпляр «Иностранной литературы», №2 за 1969 год. Пятьдесят один год тому назад вышел в свет.

Большинству моих знакомых – страшно не понравился.

Оно, в общем, понятно.

Остроумное и циничное высмеивание английским писателем американского образа жизни в Лос-Анжелесе и на фоне «Шелестящего Дола» – гигантского с американским размахом построенного похоронного заведения, в котором с упоением трудится героиня, Эме Танатогенос, косметичка, придающая усопшим вид уснувших, и один из претендентов на её руку и сердце, главный бальзамировщик и кавалер всяких почётных титулов погребальной академии, а также автор статей в престижном профессиональном журнале «Гроб», мистер Джойбой.

Другой герой, не мистер, а просто – Деннис Барлоу, англичанин и поэт, судьбой заброшенный туда же, в Лос-Анжелес, который тоже трудится на весьма схожем поприще, в похоронном обществе для животных «Счастливая райская жизнь». (Не знаю, почему Б.Носик так перевёл подлинное название «Happier Hunting Ground” Счастивейшее Охотничье Угодье»).

Классический любовный треугольник.

Оба героя, конечно же прилагают максимум усилий для завоевания сердца красотки Танатогенос.

Деннис Барлоу, который, собственно, и привлёк её внимание к себе тем, что он, де, ПОЭТ,

(она призналась ему с очаровательной наивностью, что «никогда в жизни не встречала живого поэта») пишет ей СВОИ СТИХИ.

 

Сравню ли с летним днём твои черты...

 

О, Эме, красота твоя –

Никейский чёлн дней отдалённых
Что мчал средь зыбей благовонных

Бродяг блужданьем утомлённых

В родимые края.

 

Всевышний дал её глазам

Способность зажигать.

И пепел сердца моего

Стал пламенем опять...

 

Цитируя эти «стихи своего героя», Ивлин Во иронично замечает:

«Сперва он попытался писать для неё стихи сам, но убедился, что она отдаёт препочтение мастерам более ранним.» (Цитированным выше – сноска моя)

 

«Английские поэты оказались ненадёжными гидами в лабиринте калифорнийкого флирта...

А Деннису нужно было что-то рекламное, зазывное: он должен был развернуть перед Эме неотразимую картину не столько её собственных достоинств, и даже не столько его собственных, сколько безмерного блаженства, которое он ей предлагает.»

В общем, посылал ей стихи, полностью уворованные у других поэтов.

 

Но мистер Джойбой, этот богоподобный бальзамировщик, в которого были влюблены, небескорыстно конечно, все девушки косметички «Шелестящего Дола», он-то не обманывал свою прекрасную возлюбленную. Не посылал ей липовых стихов. Как этот мелкий английский жулик-поэт?

Конечно, нет!

 

«И вот, извольте! Там, где раньше была скорбная гримаса страдания, теперь сияла солнечная улыбка! Всё было проделано мастерски. Никаких доделок не требовалось. Мистер Джойбой отступил на шаг от своего творения, стянул перчатки и сказал:

Это для мисс Танатогенос

За последние недели выражение лиц, приветствовавших Эме с покойницкой тележки, эволюционировало от безмятежного спокойствия до ликующего восторга.»

 

Зачем посылать какие-то цветы и прочую ерунду любимой, когда лица обработанных мистером Джойбоем покойников говорили куда выразительней о его чувствах к Эме!!!

 

Эме колебалась...

В какой-то момент девичьи чувства её физической приязни всё же толкнули к молодому поэту англичанину, о чём она, как честная девушка, сообщила в письме мистеру Джойбою.

 

«Эме сдёрнула простыню с первого поступившего к ней трупа. Он прибыл от мистера Джойбоя, и на лице его было выражение такого безысходного горя, что сердце у неё болезненно сжалось.»

 

Но Деннис всё же не заполучил незабвенную. Эме пошла по просьбе мистера Джойбоя на похороны попугая его «мамули» и тут узрела своего любимого поэта, работающего в какой-то жалкой конторе для погребения или кремации трупов животных!

Какой позор!!!

Кроме того, мистер Джойбой поговорил о «стихах Денниса» со своими знакомыми, знающими чуть поэзию, и посвятил в своё уразумение, разумеется, и любимую (бывшую).

Второй страшный удар разочарования! Оказывается, и стихи тоже не его, а английских и американских поэтов!

 

«По всей вероятности, сердце её было разбито. но это был лишь незначительный и недорогой продукт местного конвейерного производства.»

 

Эме решается! Она выйдет замуж за мистера Джойбоя.

Но когда она в отчаянии мечется между напирающим на неё Деннисом, с которым она тоже вроде бы обручилась, произнеся некую клятву в саду «Шелестящего Дола» и поцеловавшись с ним через прорезь в виде сердца в каменной плите, и просит утешения у своего будущего мужа, мистера Джойбоя, тот, оказывается, страшно занят своей «мамулей» и её новым попугаем.

 

Не в силах разобраться в своих порывах и оказавшись без поддержки, Эме кончает жизнь самоубийством.

И тут наступает час последнего циничного росчерка повести.

Она делает себе подкожное впрыскивание цианистого калия, но не дома, а, чисто случайно, на рабочем месте мистера Джойбоя в «Шелестящем Доле»! Если юный труп будет обнаружен на столе её же официального жениха, его карьера рушится!

 

Джойбой едет к Деннису, чтобы тот помог ему избавиться от компрометирующего трупа Эме.

Деннис это использует, шантажом вытягивая у Джойбоя кругленькую сумму для комфортного отъезда обратно в Англию, и, действительно, они вдвоём в закрытом контейнере для крупных животных привозят тело Эме в «Счастливую райскую жизнь», где Деннис оформляет в журнале активности конторы процесс её кремации как овцы!

 

«Завтра и в каждую годовщину смерти, до тех пор, пока будет существовать «Счастливая райская жизнь», мистер Джойбой будет получать почтовую карточку:

«Твоя маленькая Эме машет сегодня хвостиком на небесах, вспоминая о тебе!»

 

«Для минуты прозрения часто не хватает целой жизни» – меланхолично отмечает под конец Ивлин Во.

«Деннис взял роман, забытый на столе мисс Поски, устроился поудобнее и стал ждать, пока прогорит до конца его незабвенная.»

 

Так кончается повесть и моя попытка рецензии.

12 I 2020

Рейтинг: 0 добавить в избранное

Загрузка комментариев...


← Назад