Молчание ягнёнка или Печать розы

13 октября 2013 - Мефистофикатор

             Дорога мягко стелилась под копыта трёхсот лошадок моего «БМВ». Дороги той оставалось ещё километров пять. Вечер пятницы, и я решил наконец-то воспользоваться приглашением отца Георгия приехать к нему на выходные. Странно. Мы странно с ним познакомились и странно, что я еду к нему сейчас. Что может быть общего у тридцативосьмилетнего прокурора района и у сельского священника, разменявшего с лихвой седьмой десяток? Ничего, кроме судьбы, сведшей нас в ИВС, когда я заинтересовался задержанием попа, подозревавшегося в ограблении церкви, в которой он же и служил. Всё разрешилось, но, к сожалению, моей заслуги в том не было. Сам отец Георгий, благодаря своей наблюдательности, проницательности и тонкому знанию человеческих душ, себя же и оправдал. Наверное, мне не хочется об этом вспоминать, я не люблю, когда мне стыдно.
        Застолье с беседой, баня, застолье, беседа, застолье, спать – примерно такой план вечера рисовался мне. Подобный алгоритм проводов рабочей недели был мне ясен и привычен. Обыденные представления разрушались одно за другим. Началось с того, что отец Георгий категорически отказался выпить со мной, сославшись на то, что завтра ему литургию служить. Ну, не знаю, лично мне вечерние винопития никогда на утро не мешали служить. Да и что там литр «Абсолюта», причём натурального, а не подделки шоповской, может навредить двум здоровым мужикам. Поймал себя на мысли, что при личном общении напрочь забываю, что батюшке уже далеко за шестьдесят.
-Так что?! Я один что ли пить буду?
-Почему ж один? Я могу тебе собутыльников позвать. По соседству как раз двое таких бедолаг живут, что никогда не откажут. Заодно посмотришь, какое тебя будущее ждёт.
-Не понял…
-А чего ж тут не понять. Ты, Павел Иванович, человек совестливый и слабый, а посему пьющий. Голос совести заглушить не можешь, потому уши душевные водкой заливаешь, чтобы они у тебя оглохли. Сколько ты ещё протянешь до дня, когда поймёшь, что уже дна отчаянья достиг? Год-два, боле не дам, - я попытался было обидеться, но у меня почему-то не получалось, –А тебя и сейчас совесть мучает, рассказывай давай, ты её слышать не хочешь, так хоть я послушаю.
-Да нет, текучка, рутина, ничего интересного, хотя…, - я хрустнул бутылочной пробкой, срывая её с кольца фиксатора, налил до краёв рюмку, выпил, - Принесли мне сегодня постановление на меру пресечения. Ну, и обвиняемую привели. Ольга Пушкина, двадцать четыре года, учительница русского. Человека на переходе сбила насмерть, с места преступления скрылась и, ко всему прочему, экспертиза ноль-шесть промилле на утро установила. Решил её допросить, а вот тут косяк: совершение преступления признаёт, а как начинаю об обстоятельствах ДТП спрашивать, молчит, как рыба. Материалы дела глянул. Так и в объяснениях её, и на протоколе допроса то же самое. Следователя за грудки взял, мол, что такое? Оказывается, девушка уже почти неделю закрыта и всю эту неделю её опера со следаком ломали. Без толку, преступление признаёт, а дальше молчок.
-Погоди-ка, почему неделю, если тебе только сегодня постановление принесли? Семьдесят два часа уже отменили?
-Семь суток административного ареста за мелкое хулиганство.
-О, как! Что ж это она нахулиганила?
-Матом ругалась в здании РОВД. Всё честь по чести, протокол, свидетели, постановление. Да вот…
-Да вот совесть-то тебе и кричит, что не было такого.
-Да, не было! Практика такая, когда оснований закрыть нет веских по уголовке, то административное шьют. Человек в камере посидит пару суток, одумается, а за это время и доказательств подсобирают, - я налил ещё рюмку и залпом опрокинул, потянулся за огурчиком, отец Георгий решительно поднялся из-за стола.
-Вставай, поехали.
-Куда?
-К мольчальнице твоей.
-В смысл…? Зачем?
-Ты, для того, чтобы научился свою совесть слышать, а я… разобраться нужно.
-Так это… я же выпил уже.
-Не красней, как девица. Не впервой, видать, пьяному кататься. Да ладно, шучу я, сам за руль сяду.
-Батюшка, так у вас и права есть?
-А чего ж совсем без прав быть? Хоть такие, да есть.

          Уже по дороге в райцентр отец Георгий стал меня расспрашивать. При этом вопросы ставил такие и так вовремя, что я, не зная о сфере его деятельности, мог бы решить, что со мной коллега беседует.
-Так что, кроме показаний молчуньи доказательств нет никаких? Свидетели есть, алиби проверяли?
-Да нет, есть ещё доказательства. Есть свидетель самого ДТП. Машину разглядел, номер запомнил, мы потому быстро её и нашли. Есть ещё свидетель, который видел, как она из машины выходила во дворе дома своего. Получается, через пять-семь минут после наезда. Как раз, время доехать.
-А во сколько авария была? И что очевидец говорит?
-Авария произошла в районе полшестого утра с пятницы на субботу. А очевидец… дворник, сам факт наезда видел. Молодой парень переходил через дорогу. Из-за поворота выскочила на большой скорости машина, принадлежащая мужу обвиняемой…
-Так она замужем? А муж где?
-Муж накануне вечером, с её слов, на заработки уехал в Россию. Мы проверяли, действительно на его имя был куплен билет до Москвы. Отправление поезда в два двадцать этой же ночью…
-А он в поезд сел?
-Кто?
-Муж. Не расстраивай меня, Павел Иванович. Вроде и выпил чуть, а уж и мозг расплавился. Проводницу спрашивали?
-Нет, что-то я не припомню в материалах такого.
-Оно и понятно. Ладно, что свидетель-то показал?
-Да ничего там толком и нет, кроме марки и номера машины. Мол, выскочил из-за угла, парня сбил, в столб врезался, посигналил, а потом через минуту завёлся и уехал. Вот и успел свидетель запомнить номер, пока машина стояла.
-Погоди-погоди… врезался и засигналил? Или засигналил и врезался?
-Да нет, я хорошо помню протокол. Дворник точно указал, что сигнал раздался во время удара машины о столб.
-Ох уж и не дам я тебе сегодня отдохнуть, Павел Иванович. Да ты сам виноват. Служил бы по совести, так сидели бы мы сейчас за столом, разговоры разговаривали, банька уже поспевала б. А теперь, дорогой мой, покатаемся по холодку.
-Да что ж вы так вскипятились, батюшка?! В понедельник бы я разобрался…
-А вот посиди в камере безвинно недельку да подумай, вот тогда со своими разбиралками лезь, - а Георгий-то Николаевич не на шутку разозлился. В голосе его металл звучал звонкий и неподдельный. Поп отнял правую руку от руля, перекрестился, что-то прошептал.
-Отец Георгий, так как мы вот сейчас, в девять вечера вдвоём в изолятор пойдём? Засмеют же меня.
-А ты смеха не бойся, ни своего, ни чужого. Смех, что дождь, начнётся и перестанет… Так, давай сначала машину её посмотрим. Эксперт уже осматривал?
-Осматривал. Наружный осмотр всё подтвердил. Повреждения кузова, следы крови – всё на месте. А внутри… отпечатки с ручек дверей передних, руля, ключа зажигания стёрты. Не тщательно, но идентифицировать нельзя. В других частях машины отпечатков полно…
-Оно понятно, - поп кивнул головой, как будто я сказал что-то давно ему известное, - Куда рулять-то?

          На стоянке во дворе отделения милиции Отец Георгий разок обошёл вокруг машины, осматривая её снаружи. Смотреть там было особо не на что, «Вольво-740» 1990-го года. Но ездила ещё, и за счёт крепости кузова относительно безболезненно для себя перенесла два сильных лобовых столкновения. Потом батюшка открыл водительскую дверь, уселся внутрь. С учётом того, что сиденье было отодвинуто на максимальное расстояние от руля, выглядел батюшка за ним довольно комично. Руки едва до руля доставали, а ноги до педалей и вовсе не дотягивались. Видел, что левой рукой полез под сиденье, туда где обычно находится рычаг регулировки кресла, но положения кресла не изменил, наверное, передумал. Включил в салоне свет, заглянул в бардачок, склонился к рулю, что-то на нём рассматривая. Вылез из машины, сел на корточки, рассматривал седушку сбоку.
-Так говоришь, ключи в замке зажигания были?
-Так и есть.
-Ну да, ну да, - опять то же выражение лица, будто ему всё понятно уже. Э, нет, батюшка, не верю я вам. Не можете вы вот так с налёта всё распутать-размотать.

          Зашли в здание милиции, дежурный по РОВД нас уже видел, так что удивления не выказал. А вот дежурный по ИВС на миг остолбенел, увидев меня с таким эскортом. Зашли в допросную, кстати, отцу Григорию уже знакомую. Девушку привели минут через пять. Ещё минуты три я потратил на невнятные объяснения ей, что это не допрос, просто, мол, зашли поинтересоваться на предмет жалоб и заявлений, а священник в порядке пастырского служения, окормить паству, мол. Слова-то такие, откуда в голову приходили? Девушка слушала меня молча, смотрела недоверчиво, часто переводила взгляд на батюшку. Обратил внимание, что поп пристально рассматривает подозреваемую, как будто пытается отыскать что-то на её лице. А потом ни с того, ни с сего…
-Ты, доченька, не переживай так. Супруг твой не виновен. Его к утру и в стране не было, - Ольга, до этого момента, невидящими глазами уставившаяся на стол перед собой, вспыхнула, подалась вперёд. Готов поклясться, что не будь между ней и отцом Георгием стола, то она непременно бы батюшку за руки схватила. Это читалось в её движении, полном надежды и нечаянной радости.
-Да?!
-Да, доченька, ночью и уехал, как собирался. А что вечером-то произошло у вас?

            Ольга рассказывала, быстро, сбивчиво, разрешаясь от бремени недельного молчания. Рассказывала, как ей было тяжело привыкнуть, когда она пять лет назад переехала в этот город с мужем. Как она его любила, как ему пришлось уйти с завода, где они оба работали, потому что его зарплаты инженера-конструктора хватало разве что на еду. Рассказывала, как он нашёл повахтовую работу в России. Как ей это не нравилось. Денег в семье стало больше, но его так часто и подолгу не было рядом. И вообще, в прошлую субботу у них была годовщина свадьбы. Пять лет. А Коленьке нужно уезжать, иначе не успеет к самолёту и может потерять эту работу, а платят хорошо. Сначала утешал, шутил, оправдывался, потом стал раздражаться, прикрикнул. Да она сама виновата, ведь умом понимала, а сердцем так хотелось вместе в этот день побыть, вдвоём. Вот и получилось, что себя жалеть начала, слов обидных наговорила.
           В конце концов, муж схватил сумку и, в сердцах хлопнув дверью, ушёл. Только тогда опомнилась, ещё двенадцати не было, до поезда три часа, а Коля, если нервничал, мог выпить, и неприятности у него тогда. Остановить хотела, а мобильный он дома оставил. На балкон выбежала, окликнуть, вернуть. Не успела, он в машину сел и уехал.
             И так без него пусто стало, что выть хотелось. Пошла в спальню, вино, к юбилею запасённое, открыла. Пила и выла, в подушку ревела. Как уснула уж и не помнит. Проснулась от звонка в дверь, когда милиция пришла. Они-то и сказали, что на их машине полчаса назад человека убили. В голове сразу промелькнуло: «Коля… ссора… машина… водка…». А как поняла, что не знают, кто за рулём был, так сразу стала вину на себя брать.
            Отец Георгий слушал внимательно, изредка реплики вставлял сочувственные, ободряющие. Я вообще не произнёс ни слова. Слушал и понимал, что она не врёт. Не в силах человеческих врать ТАК. Но куда девать показания соседки? Уже в конце, когда я собирался дежурного звать, отец Георгий спросил у Ольги:
-А ездить вам удобно? А то сиденье просто для гиганта отрегулировано, а как положение поменять, я и не нашёл.
-Так это под Колю настроено, он ростом почти два метра. А если не знать, то и не поменяешь, там рычаг сломан, Коля отвёртку приспособил пока, она в бардачке лежит.
-А накладочка на кнопке сигнала ажурная? Когда машину покупали, она уже была вогнута?
-Да нет, её Коля сам делал, он художественной ковкой увлекается. И эту розу своими руками… целая она была
Когда шли к машине, я спросил:
-Не она за рулём была…
-Само собой, не она, сомнений нет.
-Да, не может человек так складно и искренне врать…
-При чём здесь твои «может-не может»? Поди, не по ромашке гадаем? То, что она показаний не давала конкретных, уже тебя насторожить должно было. Сиденье водительское видел? То-то же! Чего ж она под себя не отрегулировала, если знала «как»? А так, с её ростом в руль лицом упираться пришлось бы. А водитель о руль при аварии ударился, знамо, вот только от роста водителя зависело, куда удар пришёлся.
-Ладно, понял я, понял. Так кто тогда? И с показаниями соседки, что делать?
-Кто? Так откуда мне знать? Может и муж. А соседку…
-Какой муж? Сами же сказали, что это не он!
-Это я ей, глупышке неразумной сказал, чтобы она жертвенным агнцем себя не чувствовала, а не тебе, Павел Иванович. И вообще..., кто ж тебя научил старших перебивать? А к свидетельнице мы твоей сейчас домой поедем, нужно мне кое-что уточнить… и вот ещё, поквартирный опрос ещё дал что-нибудь?
-На работе она сейчас будет. Бармен она в «Вулкане» и сегодня до двух ночи работает. А поквартирный и тогда не дал ничего, она сама потом на следующий день пришла, показания дала.
-Так… неделю назад… Ты поручи-ка, пусть проверят, во сколько с работы ушла.
* * *

       Утром субботы, еле дождался десяти часов, чтобы дозвониться отцу Георгию. Так мне хотелось его новостями свежими огорошить:
-Доброе утро, батюшка. Как настроение?
-Доброе… и утро, и настроение. Не томи. Говори, что есть.
-Да тут муж объявился, Пушкин Николай. Сидит сейчас в моём кабинете и, как вы думаете, о чём рассказывает…
-А что ж сложного? Признательные показания даёт…
-Ага, но…
-Но об обстоятельствах дела молчит, мол, поругался с женой, пил в машине водку, ничего не помню, но человека точно сбил.
-Слово в слово. И что делать будем?
-Да ладно… Подъезжай-ка ты во двор наших ягнят, я уже скоро там буду.
* * *

-Узнал, Павел Иванович, во сколько наша пташка ранняя с работы ушла?
-Примерно в половину третьего ночи. В двенадцать следующего дня ей нужно было открывать кафе…
         Дверь нам открыла заспанная женщина лет под сорок. Я взял с собой участкового, отец Георгий был одет «по гражданке». Извинились, прошли в квартиру. Меня узнали, вопросов не возникло. Батюшка пока по лестнице подымались, спросил: с кем живёт, чем дышит. А мне и ответить особо было нечего. Замужем не была, с мужчинами в последнее время не замечена, живёт с девятнадцатилетним сыном. Его в армию не взяли из-за исключительно слабого здоровья, которое совсем не мешало гробить его дальше курением и пьянством. Периодически попадал в поле зрения по мелкому хулиганству и распитию в общественных местах.
Соседка рассказывала, как утром в зале цветы поливала, увидела случайно обвиняемую из машины вышедшую. Потом узнала о преступлении, молчать совесть не позволяла, да она и сама призналась уже…
Поп ходил по залу, подошёл к окну, взял со стола фотографию, рассматривал. На фото была хозяйка квартиры со своим сыном. Не знаю, в кого он такой уродился, но был росточка небольшого, телосложения что ни на есть субтильного…
-А сын ваш где? – это к женщине, она даже опешила…
-Дома он…
-А поговорить с ним можем?
-Болеет он, в постели…
-И всё же, - я кивнул головой участковому. Женщина повернулась и резко вышла из комнаты.                       Через пару минут она вернулась, ведя за руку своё неудалое чадо…, - А вот кепочку в помещении снимать надо, - отец Георгий протянул руку и достаточно проворно сдёрнул с головы юнца бейсболку. В левой половине лба чётким рисунком, фиолетовой татуировкой раскинула свои лепестки, листья и шипы роза.

-Как вы догадались?
-Мне скорее интересно, как вы не догадались? Люди врут из-за любви. Только одни себя в жертву принести готовы, а другие брата своего…
-Ничего себе любовь. Она упрёками затуркала мужа, он с горя водку хлещет. Идиллия!
-Так и в розе кроме лепестков и шипы имеются. Вот и любовь не из одних только подъёмов состоит. Вот и получилось, что только так своих любимых думали защитить, себя на алтарь бросив. А вашим душегубам только этого и надо было. Есть признательные показания и хватит. А там выезд на место преступления сделали бы, всё ей показали, рассказали. Что с тем, человеком, который на неё протокол составил, и свидетелями её сквернословия знаешь, что делать?
-Знаю… Но ведь так работать скоро некому будет…
-Да пусть вас, выкормышей Вышинского и вовсе не будет, чем закон беззаконием пытаться охранять…
-Отец Георгий, вопрос скользкий, но вполне обоснованный… Странный вы священник, уж слишком много про нашу работу знаете и, вообще, - батюшка усмехнулся хитровато…
-Вот станешь иереем, а я прокурором, тогда и исповедуюсь тебе.

 

ИВС - изолятор временного содержания

РОВД - районный отдел внутренних дел 

Рейтинг: +1 добавить в избранное

Загрузка комментариев...

← Назад